Экономика креатива: как культурные индустрии становятся драйверами развития городов

В этом ритме ожидания мне всегда видится точный символ того, чем стал креативный сектор для современного города — не просто витрина вкуса, а полноценная экономическая ткань, в которую вплетены миллионы рабочих мест, миллиарды оборотов и, что не менее важно, сама способность места оставаться живым. Как показывает обзор logos-pres.md, посвящённый тому, как города зарабатывают на креативе, эта индустрия давно перестала быть приложением к туризму и превратилась в самостоятельную опору городской экономики.

Цифры, за которыми видна культура

Масштаб происходящего впечатляет. Лондон, по данным городской мэрии, получает от креативных индустрий около £51,7 млрд в год — это 12,1% всей столичной экономики и примерно каждое пятое рабочее место; в 2025 году город объявил о дополнительном финансировании программы развития креативной экономики, сделав ставку на дизайн, моду, кино, телевидение и видеоигры. Берлин демонстрирует другую модель — концентрацию небольших специализированных компаний: в 2024 году, по информации Berlin Business Location Center, в секторе работало более 195 тыс. человек, действовало свыше 37 тыс. компаний, а совокупный оборот составил около €41 млрд. Амстердам, где почти девять из десяти креативных компаний — это индивидуальные предприниматели или маленькие структуры, в 2023 году насчитывал 109 тыс. рабочих мест и более 59 тыс. предприятий в культурном и креативном секторе, причём около 62% этих рабочих мест приходилось непосредственно на столицу.

За этой мозаикой проступает общая логика. Барселона включает креативные индустрии в свою экономическую стратегию напрямую: в 2024 году в компаниях сектора было занято 188 тыс. человек, или 15,6% всех работающих жителей, а за 2021–2024 годы число таких рабочих мест выросло на 18%; городские власти оценивают вклад фестивалей, ярмарок и международных мероприятий более чем в €5 млрд. Нью-Йорк подходит к делу масштабом мегаполиса: кино, телевидение, театр, музыка, реклама, издательское дело и цифровой контент вместе, по данным городского Управления медиа и развлечений, обеспечивают более 300 тыс. рабочих мест и свыше $105 млрд. А Сеул, согласно данным UNESCO, сделал дизайн самостоятельной экономической политикой — в отрасли создано более 170 тыс. рабочих мест, а символом этого курса стал комплекс Dongdaemun Design Plaza, объединивший выставочные, образовательные и культурные пространства.

Что остаётся за пределами витрины

У этой красивой экономической географии есть обратная сторона, о которой всё чаще говорят сами города. Рост стоимости недвижимости, дорогие коммерческие площади и высокая стоимость жизни вытесняют из центров независимых художников, небольшие студии и культурные площадки — тех самых людей, чья работа когда-то сделала эти районы привлекательными. Именно поэтому Берлин и Амстердам одновременно развивают креативный сектор и ищут способы сохранить для него доступную инфраструктуру. Амстердам прямо признаёт эту проблему в плане развития искусства на 2025–2028 годы, отмечая почти 10% работающих жителей, занятых в культурном и креативном секторе, и одновременно — нехватку доступных пространств для художников и организаций.

В России тема звучит в унисон: федеральная пресса обсуждает, как страна будет зарабатывать на искусстве и инновациях с прицелом на долю креатива в ВВП около 7,7%, а в Улан-Удэ только что завершился форум РЦИС «Интеллектуальная собственность: основа инновационно-креативной экономики. Бурятия–2026». Обе новости — часть того же глобального разговора.

Получается, что вопрос уже не в том, нужен ли городу креативный сектор, а в том, каким способом город готов его удержать — не на уровне слоганов и стратегий, а на уровне арендных ставок, мастерских и маленьких галерей по соседству. И, может быть, самое честное, что мы можем сделать как жители своих городов, — задать себе этот же вопрос применительно к собственной улице: что мы готовы сохранить, чтобы креатив оставался не только экономическим показателем, но и способом жить?